Подозрения  - Гвенда Бонд

Но однажды… Однажды она станет венцом всех его достижений.

Восемь об этом понятия не имела, но ее и нового ребенка разделяли всего две запертые двери. Одна – со сложным кодом, другая – с обычным замком. За ней скрывалась комната, обустроенная как детская.

Восемь отказывалась работать и закатывала истерики несколько месяцев, так что Бреннер снова перестал ее навещать. Заходил только в случае крайней необходимости. У него было то, что заставит объект вернуться к прежней жизни, и сегодня пришло наконец время им познакомиться. Все обиды будут прощены.

По словам няни, с малышкой скоро можно будет играть. Это пойдет на пользу обеим девочкам. Он уже распорядился, чтобы стены в детской покрасили в яркие цвета, которые понравятся Восемь.

– Пришли, – сказал Бреннер.

Он катил коляску по плиточному полу. Медсестра-няня открыла дверь в комнату Восемь, но когда она попыталась пройти следом за ним, Бреннер остановил ее:

– Ждите в коридоре, пожалуйста.

Женщина настороженно проводила глазами коляску, но осталась стоять там, где велели.

Восемь лежала на верхнем ярусе кровати и смотрела в потолок. Бреннер заметил, что она нарисовала там радугу цветными карандашами. Возможно, он предложит сделать то же самое в детской.

По крайней мере, она наконец нарисовала хоть что-то. В последнее время Восемь слишком много смотрела в потолок. Во всяком случае, так ему передавали.

– Смотри, кого я принес, – объявил Бреннер. – Новая сестренка.

Оказалось, что девочка вполне может шевелиться. Восемь спрыгнула с верхней койки, успешно приземлилась и понеслась к ним. Уже у самой коляски она остановилась и заглянула внутрь. Почти робко. Нервничая.

– Это Одиннадцать, – представил девочку доктор Бреннер.

– Одиннадцать, – задумчиво повторила Восемь и взглянула на свои ладони. – Чтобы посчитать ее, мне понадобятся пальцы и на ногах тоже. Значит, здесь есть дети с номерами девять и десять? Пять и шесть? И другие?

– Это твоя подруга Одиннадцать, – Бреннер нахмурился. – Больше тебе ничего не нужно знать.

– Она слишком маленькая для подруги.

– Однажды она подрастет и будет как ты.

Восемь облокотилась на коляску, чтобы внимательно рассмотреть копошащегося младенца. В конце концов Бреннер услышал, как девочка прошептала:

– Я буду за тобой присматривать, малышка Одиннадцать.

Она подняла голову и улыбнулась ему:

– Можно мне помогать за ней ухаживать?

– Няня научит тебя, как безопасно с ней играть. Ты бы хотела?

– У нас будет дружбосемья, – пропела она. – Восемь и Одиннадцать! Сестры!

«В некотором смысле, – подумал он. – До тех пор, пока это служит моим целям».

Бреннеру стало интересно, лопочет ли Терри Айвз еще что-нибудь в разговорах со своей сестрой или какими-нибудь репортерами, которые согласятся послушать о том, как он украл ее ребенка.

На самом деле это его ребенок. Ей стоило прислушаться еще тогда, когда он говорил об этом.

Терри сидела на скамейке в парке и ждала. Погода сегодня была хорошая, а место встречи выбрала Глория. И было понятно почему: подруга сочла, что свежий воздух пойдет ей, Терри, на пользу. После больницы она много времени провела одна или в попытках убедить Бекки в том, что знала. А еще звонила репортерам и старалась найти ниточки, ведущие в прошлое Бреннера – кем он был до того, как приехал в Хоукинс.

Бреннер украл ее ребенка. Она знала это, но не могла заставить других прислушаться к ее словам.

Терри стало трудно выходить на улицу, и сейчас она опять вспомнила причину. Когда сидишь в парке на лавочке, легко забыть, что где-то поблизости скрывается тьма. Девушка решила, что не будет каждый день ходить по улице и радоваться свету – до тех пор, пока не вернет дочь.

Бреннер сдержал обещание, которое дал тем вечером – не считая кражи ее ребенка, – он не пытался больше собирать их для экспериментов с ЛСД. Терри подумала, что раз он победил, то больше не хочет искушать судьбу. С той ночи она больше не могла попасть в пустое темное пространство, как бы ни старалась. Эти способности, чем бы они ни были, пропали вместе с ребенком.

Кен сегодня должен был присоединиться к ним, они хотели устроить пикник. Но утром Глория позвонила и сообщила, что у их влюбленного друга поменялись планы. Он недавно начал встречался с бывшим военным. Кто бы мог подумать? Терри была рада за Кена. А он продолжал выведывать нужную информацию. В частности, подтвердил, что Кали по-прежнему живет в лаборатории и выглядит здоровой.

Все трое до сих пор были намерены разобраться с Бреннером, но Терри настояла, чтобы на виду была она одна. Не для того ей пришлось пройти через все преграды и проблемы, чтобы теперь потерять кого-то еще.

Элис, как оказалось, полюбилась жизнь в Канаде. Она работала в компании своих двоюродных братьев и не хотела пока возвращаться домой.

– Ты хорошо выглядишь, – раздался голос Глории. Она обошла скамейку и встала рядом.

– Врунишка. А вот ты и правда отлично выглядишь.

У подруги немного отросли волосы, и она больше не выпрямляла их, а ходила с естественными кудрями. Они ей были очень к лицу.

– Ну, не я же была похожа на привидение целых три месяца после больницы, – Глория села рядом с Терри.

Сегодня сумка у нее была больше, чем обычно. Глория положила ее себе на колени и сжала. Терри достаточно хорошо знала подругу, чтобы расшифровывать ее жесты.

– Глория? Почему ты встревожена?

– У меня для тебя кое-что есть. Кен принес.

Глория посмотрела по сторонам, убедилась, что поблизости, кроме них, никого нет, открыла сумку и вытащила тонкую папку для бумаг.

– Его бойфренд работает в лаборатории, – пояснила Глория.

– О, Кен… – Терри покачала головой.

– Он хороший парень, – сказала Глория. – Достал это ради Кена.

– Но что это?

– Просто взгляни, – ответила Глория и сжала руки на коленях.

Терри не знала, что там будет, но все же взяла папку и открыла.

Оттуда на землю выпала фотография. Черно-белая. Терри подняла ее и рассмотрела.

Маленький ребенок неловко сидит, и кажется, вот-вот завалился на бок. Круглые щеки. А это… неужели уши, как у Эндрю? На голове у девочки островками виднелся детский пушок.

Кроме фотографии в папке лежал лист бумаги. Терри наскоро ознакомилась с его содержанием.

«ПРОЕКТ «ИНДИГО». Объект 011. Поступил в учреждение: новорожденный. Опекун: д-р Мартин Бреннер. Потенциал: исключительный».

Терри вернулась к фотографии и внимательно посмотрела на свою дочь. Это ее лицо. Она улыбается? Ничего, ее дочь будет улыбаться. Однажды.